-Это работает? - голос у Шуматова не сказать, что был очень "мужским" (мужски - грубым, низким и т.д.). Это был голос обычного научного работника, молодого доктора наук, который только-только защитил свою диссертацию о необычных явлениях в Зоне Отчуждения. Им были собраны лучшие доказательства : было опрошено много людей, взяты за основу снимки со спутников и показания так называемых "сталкеров", которые незаконно лезли за периметр и крали артефакты. Крали, разумеется, у науки и всего человечества. - Это доктор Егор Шуматов, двадцать девять лет. Мы с моей группой находимся на подходе в Зону Отчуждения. Даже не верится. Я смогу добавить в свою работу ещё больше данных, ещё больше фактов. Нас, учёных, восемь человек, с нами двенадцать солдат из спецназа. На выходе нас уверили, что защищены мы очень хорошо. И это, конечно, так , ведь необученных людей не послали бы в Зону охранять экспедиции такого уровня, как наша. Наш НИИ оплатил всё по высшему разряду. Если мы с коллегами сможем найти тут нечто такое... Такое... Это сложно объяснить. Но мы должны сделать открытие! Ведь здесь всё ещё необычно, всё неизведанно. Просто рай для учёного! - голос парня заметно дрожал, но это была дрожь радости. - Сегодня седьмое октября две тысячи шестого года. Зона образовалась почти полгода назад. И сейчас мы с нашей группой готовимся совершить рейд на Янтарь, чтобы там на месте основать новый научный лагерь. Всё , мы выступаем. Когда ляжем на привал, продолжу запись.

-Прошло три дня с тех пор, Как мы вступили в Зону. Это место.... оно невероятно! Оно прекрасно, великолепно, необычно! Правда... один из военных погиб. Его убил представитель местных "мутантов", как нам его представили - чернобыльский пёс. Эта собака была куда больше обычной. Я не знаю точно, насколько живучи обычные псы, но в эту особь выпустили целую обойму из АК , но она всё ещё брыкалась, пока старший из нашей группы, полковник Назаренко, не пустил ей пулю в голову. Погиб сержант Антонов. Мы хотели его похоронить, но полковник сказал, что у нас нет на это времени. Если мы задержимся, нас могут убить так же, как сержанта. Но всё же мы не смогли просто оставить его тело. Забрав оружие, мы оттащили тело к аномалии. Нам всем не хотелось оставлять сержанта Антонова на съедение падальщикам, так что лучше пусть его тело будет уничтожено сразу. Это похоронами назвать трудно, но лучшего мы предложить не могли. Это случилось на так называемом Кордоне : это был самый краешек Зоны, как нам сказали военные. Тут ещё и мутантов -то нету толком, да и аномалии... Ах, да, аномалии! Это вообще чудо какое-то! - голос парня резко переменился. С довольно грустного и угрюмого, которым он рассказывал про смерть сержанта, голос стал радостным, весёлым, почти по-детски, - Мы увидели всего несколько типов, но даже они были невероятны! Это противоречит всем законам физики! Мы с коллегами пробовали найти объяснение, но никто не смог даже предложить теорию, которая хоть чуть-чуть объясняла бы, как такое могло образоваться на голом месте. Только представьте - посреди поля появилось цельная электрическая аномалия. Военные показали нам, как она работает: кинули болт в неё и произошла так называемая "разрядка" . Очень эффектно. Мы с коллегами записывали сие явление на видео, надеясь, что наши коллеги-физики из НИИ смогут нам объяснить всё подробнее. С военными мы смогли дойти до большой свалки, но наши счётчики Гейгера начали сигнализировать так активно, что мы попросили полковника уйти куда-нибудь дальше. Но слишком далеко не получилось: ночь застала нас посреди свалки. Мы решили на ночь остаться в старом ангаре. Там было несколько вагонов и много разрушенных балок. Мы заняли нишу и расположились там. Военные разделились на группы и отправились патрулировать местность, хотя мы с коллегами не видели в этом особенной необходимости. Но военным виднее. Следующим утром мы выдвинулись в НИИ Агропром. Там должна была быть наша первая серьёзная стоянка. То есть там мы должны были обосноваться где-то на неделю, чтобы переждать феномен, называемый Выбросом. Как нам объяснили военные, если на время выброса не укрыться где-нибудь в безопасном месте, то мы все погибнем. Так что вся наша команда весьма бодро выдвинулась в путь. По пути профессор Бартышев фотографировал оранжево-коричневые пейзажи Зоны, разрушенные постройки, брошенные поезда. Мы уже были не на краю Зоны, поэтому здесь всё ощущалось как будто бы лучше. Хотя, конечно, это просто самовнушение, не более того. Ощущения не могут так резко меняться. Путь до НИИ занял всё остальное время. Сам по себе основной комплекс института был не так далеко, но путь нам преградили аномалии, и военные очень долго пытались их обойти, из-за чего мы сделали большой крюк. Но, когда мы наконец достигли пункта назначения, то поразились. Это не шло ни в какое сравнение с тем, что мы видели раньше. До этого мы видели маленькие деревеньки, просто разрушенные дома, а тут целый комплекс с пристройками. Военные сначала обследовали основной комплекс, а лишь потом разрешили нам зайти в него. Мы с коллегами заняли третий этаж, так как там сохранилась старая аппаратура, рабочие места и всё остальное. Здесь мы собирались пробыть неделю, значит нам необходимо было место, которое бы стало нашей переносной базой. Военные, в общем, не возражали, но полковник сказал, что в случае чего выбираться со своего третьего мы будем сами. Военные поселились на первом, так как оттуда, как они сами сказали, открывался лучший вид, следственно первый этаж был лучшей огневой точкой. Но кто на нас здесь может напасть? По сравнению со всей остальной Зоной, которую мы видели, это место было подобно форту. Оно неприступно. Мы с коллегами приступаем к работе. Следующая запись будет через неделю. Доктор Егор Шуматов, Десятое Октября.

…Сидя на краю одной из балок перекрытия и свесив ноги вниз, сталкер устало рассматривал раскрошившийся от времени и невзгод Зоны бетон, рассматривал выглядывающие из него ржавые и гнутые концы мощной металлической арматуры. Сколько взрывов и выбросов успели пережить эти конструкции? Рельефа на металле уже почти не было видно, т.к. слои ржавчины, вспучившись местами, полностью закрыли насечку.
Рука в защитной перчатке потянулась к металлическому пруту, чтобы сбить ржавую труху.
Металлический прах полетел вниз, в темно-серую пыльную радиоактивную пустоту с неестественно громким шелестом, туда, где когда-то жило сердце атомного реактора…
Сталкер смотрел вниз на удаляющуюся ржавую ветошь, на, казалось бесконечно долго и медленно, падающие, мертвые коричневые листья какого-то неведомого дерева. И в этом бесконечном падении, он вспоминал, свое прошлое, вспоминал начало…

Вот идут два друга еще со школьной скамьи. Молодые наивные, счастливые. Солнечная погода, все спокойно. Они думают, что жизнь ждет их с распростертыми объятиями, готовая преподнести свои блага по первому желанию. Товарищи частенько соперничали друг с другом и пускались в различные авантюры, чтобы выяснить, кто лучше.
Следующее видение – напряженный спор товарищей. Кому-то из них пришла в голову идея проверить обоих на «вшивость» в условиях Зоны, о которой они немало слышали, знали, что место опасное и запрещенное. Оба подхватили эту идею, и каждый был уверен, что товарищ в последний момент откажется пойти, и на этом спор будет завершен поражением отказавшегося.
Так один из них и попал в Зону.
Вы спросите, почему только один? Да потому что второй в последний момент дал «задний ход». Уступил, морально проиграл, но этим остался жить за периметром. С родителями и обычными людьми. А первый почему-то не остановился и пересек охраняемый периметр.
Зачем? Ведь он и так выиграл спор…

И теперь, сталкер сидящий на краю бетонного перекрытия, так и не мог ответить себе на этот вопрос. Что толкнуло его тогда погрузиться в этот ад? Был ли он настолько глуп и наивен, рассчитывая на свою почти легендарную удачу, что найдет в Зоне НЕЧТО невероятное и при этом вернется из-за периметра целым и невредимым?
Несколько видений-воспоминаний скоростным поездом промчались в памяти.
Вот он пришел в деревню новичков на Кордоне. Место было неприветливым, люди грубыми. Реальность не понравилась, не так он представлял сталкерское сообщество, сталкерское братство.
Те, что поопытнее, посмеивались над вновь прибывшим желторотиком. Люди в Зону попадали в большинстве своем, разочаровавшиеся в жизни, либо маргинальные или уголовные элементы. Потерявшие надежду, дом, работу и т.д.
Нет, были среди них и нормальные мужики, но мало.
Знакомство с местным барыгой заставило почувствовать себя последним дерьмом, не стоящим и грязного дырявого носка. Барыга популярно объяснил новичку, что тот ничто, пока не начнет приносить артефакты или ценную информацию.
Проблема была в том, что все сталкеры (а особенно новички) так или иначе сильно зависели от барыги, т.к. еду и медикаменты можно было достать именно у него.
И вот барыга с насмешливым видом кладет на стол перед новичком «убитый» ПМ с одной обоймой. Типа на в долг, иначе тут не протянешь и дня. А когда должок отдашь – сам решу, ведь сейчас тебе не просто ПМ даю, а гораздо большее – шанс на жизнь Хе-хе-хе…

Жирное потное смеющееся лицо дергалось в приступе хохота в памяти сталкера. Но не было злости на барыгу – он всего-лишь песчинка в море Зоны, да и не было сейчас сил на эмоции вообще.
Почему тот новичок не вернулся за периметр? Зачем остался? Неужели просто гордость не дала шанса повернуть назад? Глупо. Потом он это поймет, но не уйдет все-равно…

Следующее видение – вот этот глупый пацан идет со своим «новым» ПМом, жутко гордый, что у него есть пистолет. Идет с рюкзаком, в котором один батон и банка тушенки.

Сейчас сталкер понимает, что в обычной ситуации это верный смертник. Большинство таких уходило из деревни, чтобы уже никогда не вернуться. Но этому товарищу все-таки повезло выжить. Хотя еще вопрос, что для него было бы лучше…

Дорога для молодого сталкера была на удачу без особых происшествий. Позже он уже узнал, что почти дошел до НИИ Агропром. Несколько аномалий были обнаружены и аккуратно пройдены стороной. А пара стай слепых псов тихо пропущена мимо.

Этот почти безоружный человечек с пустым рюкзаком мало представлял себе, куда и зачем он идет. Так, гулял, осматривался, изучал округу. Земля была самая обычная, растительность тоже. Да и погода была для Зоны редкой, солнечной. Именно так, по-отечески приветливо встретила Зона новичка в его первый поход.
А новичок шел вперед не думая о плохом, у него даже настроение улучшилось от такой красоты вокруг.

Хех, вот наивняк-то был. Легкая ухмылка тронула лицо сталкера. Лицо серое, небритое и грубое. Проваленные глаза были без движения, глядя куда-то вниз и вдаль.
Сталкер перевел взгляд на свои грязные и пыльные ботинки на свесившихся вниз ногах. Эти ботинки видели много дорог…

Следующая картинка всплывает в памяти – вот он идет по этим солнечным холмам, кажется, что даже бабочки и стрекозы летают вокруг… Идет и слышит впереди радостные голоса.
Резко затаился за одним из холмов и выглядывает вдаль – кто кричит. А внизу происходит нечто удивительное – огромный цветущий луг. Цветы и красные, и белые, и синие, желтые. Поляна была шикарная, но новичка смутило что-то…
Дальше все происходило очень быстро. Вот бегут двое каких-то сталкеров с соседнего холма на этот луг, бегут радостные и счастливые. Что же у них такого произошло? Вся эта картина так удивила новичка, что он забыл обо всем вокруг и пристально наблюдал за странным поведением людей на лугу.
Добежав до цветов, сталкеры бегали по поляне и резвились словно дети, расставив руки в стороны, они падали на видимо мягкую траву, вставали и бежали дальше по лугу.
И вдруг резко радостные смеющиеся крики сменились на истошные вопли.
Да, новичку тогда стало реально страшно, сердце колотилось так, будто хотело выпрыгнуть из грудной клетки. Ничего не было понятно, что с ними???? Новичок вытягивал голову из-за холма, чтобы лучше увидеть, что происходит.
А происходило то, чему он не мог поверить или объяснить. Два человека достигнув центра поляны заорали истошными голосами и кинулись бежать назад, но у них это не получалось. Движения становились все медленнее, а крики все более душераздирающими. За несколько секунд их движения с бега сменились на медленные последние рывки к жизни.

Сталкеры даже не успели упасть, когда их быстро оплетали стебли неизвестного растения, впиваясь с комбинезоны, разрывая легкие бронежилеты и пробивая насквозь еще живые тела.
Окаменев от ужаса, новичок следил за каждым моментом происходящего. Оба тела просто «расползлись» и «растворились» в траве и цветах луга. Радостное солнышко светило как и прежде, а молодой сталкер не мог двинуться с места и продолжал смотреть на луг и прокручивать увиденное в памяти снова и снова, не веря в произошедшее.

Ветер поднял облако радиоактивной пыли и ржавчины с соседних бетонных переборок. Сталкер прищурил глаза. Хех, а ты что думал, красавец, Зона – пикник? Пикник на обочине?…
Нет, дружок, и ты в этом будешь убеждаться еще много раз….

Новичок все еще смотрел на смертоносный луг, когда вдруг где-то слева за холмом раздались звуки взрывов, а затем автоматных очередей и мата.
Как во сне, новичок спотыкаясь и шатаясь побежал к тому холму, за которым только что была перестрелка. Смертельный луг остался позади справа.
А за холмом желторотика ждало новое знакомство с реалиями Зоны – в небольшой лощине была перебита целая группа людей в странных ярко-оранжевых комбинезонах. Кровь везде, пара еще курящихся от взрыва воронок в земле, повсюду тела, и кое-где человеческие оторванные руки и ноги.
Из-за соседней гряды холмов показались двое в сером камуфляжном снаряжении и черных масках, закрывающих лицо. Неизвестные люди двинулись в лощину, где лежали тела.
Новичок залег в своем укрытии, понимая, что это профессиональные убийцы.
Сколько он пролежал в укрытии неизвестно, но когда переборол страх и выглянул из-за своего холма, людей в черных масках уже не было.
А после он пошел к телам. Страх и любопытство боролись, но второе взяло верх.
Было видно, что все тела были обысканы, карманы комбинезонов расстегнуты, вывернуты, на земле валялись авторучки, платки, еще что-то, фотографии разных людей, среди которых были и дети и женщины.

Это теперь сталкер знает, что наемная экспедиция ученых была уничтожена группой других наемных боевиков. Борьба за информацию. А за периметром много заказчиков из разных стран, и не разберешь кто-откуда… Одни нанимают ученых для получения информации, другие ее покупают у разного рода информаторов от сталкеров и барыг до таких вот хорошо вооруженных отрядов боевых наемников. А как добыта информация, в итоге никого не интересует.
А тогда этот желторотый глупыш мало что понимал и просто по невероятному везению, нашел в стороне от тел перебитых ученых один из КПК, который не обнаружили наемники.
Ха, ну что тут сказать, разве бывает такое, что неопытный человечек «сорвал банк» ввиде ценной информации? И сорвал его во второй раз, когда целым и невредимым вернулся в деревеньку к барыге на Кордоне?

Помню, как барыга прыгал от радости при виде инфы такого уровня. Не мог гнида чувств сдержать от предвкушения прибыли. Но к новичку отношение свое изменил, а после и в деревеньке все сами здороваться стали, будто кореша родные. Знаем мы корешей таких….
Что это было? Везение, или подарок Зоны? Или что?

Дааа, читал тогда этот КПК и понял многое о подлости человеческой.
Ученые обнаружили новый вид аномального растения, несколько дней наблюдали за полянкой, фотографировали, как цветочки мутантов заблудших сжирали, а потом эти твари ученые наняли пару сталкеров – типа надо им с полянки некий артефакт достать.
Оказалось, что запах и пыльца цветов обладали наркотическим действием, притупляющим страх и чувство самосохранения, одновременно приводя будущую жертву в состояние радости, беспечности и притягивая к себе. Лишь комбинезоны с замкнутой системой дыхания способны уберечь от аромата смерти.
Когда жертва заходит на достаточное расстояние от края поляны, ее атакуют множество гибких и прочных как алмаз отростков – лиан, которые до нужного момента прячутся под покровом цветов.
Невероятно жесткое вещество, из которого состоят отростки – лианы, имеет кристаллическую решетку, похожую на кристаллическую решетку алмаза. Огромная прочность, гибкость и скорость отростков – лиан, позволяет растению без труда проникать в тело жертвы даже сквозь любые широко используемые бронежилеты и комбинезоны защиты.
Однако внутри стебли имеют полости различной формы, разделенные между собой органическими перегородками. Некоторые полости содержат вырабатываемый растением нервно-паралитический яд, который может впрыскиваться в особо сопротивляющуюся жертву. Другие полости вбирают в себя кровь и мягкие ткани жертвы по мере проникновения в тело. Так растение – убийца и питается.

Ученые суки знали, что это верная смерть для людей, но для отчета им не хватало результата контакта растения с человеком…. И этот «контакт» они обеспечили…
Зато наемники давно пасли ученую братию и когда результаты были получены полностью, наймиты перебили ученых и забрали информацию. Вот такая ирония.

Вот так встретила Зона вновь прибывшего. Но лиха беда – начало… Постепенно желторотик перестанет быть желторотиком. Бывая во многих смертельных передрягах, ему удастся чудом выживать и возвращаться.. до этого момента...

-Это работает? - голос у Шуматова не сказать, что был очень "мужским" (мужски - грубым, низким и т.д.). Это был голос обычного научного работника, молодого доктора наук, который только-только защитил свою диссертацию о необычных явлениях в Зоне Отчуждения. Им были собраны лучшие доказательства: было опрошено много людей, взяты за основу снимки со спутников и показания так называемых "сталкеров", которые незаконно лезли за периметр и крали артефакты. Крали, разумеется, у науки и всего человечества. - Это доктор Егор Шуматов, двадцать девять лет. Мы с моей группой находимся на подходе в Зону Отчуждения. Даже не верится. Я смогу добавить в свою работу ещё больше данных, ещё больше фактов. Нас, учёных, восемь человек, с нами двенадцать солдат из спецназа. На выходе нас уверили, что защищены мы очень хорошо. И это, конечно, так , ведь необученных людей не послали бы в Зону охранять экспедиции такого уровня, как наша. Наш НИИ оплатил всё по высшему разряду. Если мы с коллегами сможем найти тут нечто такое... Такое... Это сложно объяснить. Но мы должны сделать открытие! Ведь здесь всё ещё необычно, всё неизведанно. Просто рай для учёного! - голос парня заметно дрожал, но это была дрожь радости. - Сегодня седьмое октября две тысячи шестого года. Зона образовалась почти полгода назад. И сейчас мы с нашей группой готовимся совершить рейд на Янтарь, чтобы там на месте основать новый научный лагерь. Всё , мы выступаем. Когда ляжем на привал, продолжу запись.

-Прошло три дня с тех пор, Как мы вступили в Зону. Это место.... оно невероятно! Оно прекрасно, великолепно, необычно! Правда... один из военных погиб. Его убил представитель местных "мутантов", как нам его представили - чернобыльский пёс. Эта собака была куда больше обычной. Я не знаю точно, насколько живучи обычные псы, но в эту особь выпустили целую обойму из АК , но она всё ещё брыкалась, пока старший из нашей группы, полковник Назаренко, не пустил ей пулю в голову. Погиб сержант Антонов. Мы хотели его похоронить, но полковник сказал, что у нас нет на это времени. Если мы задержимся, нас могут убить так же, как сержанта. Но всё же мы не смогли просто оставить его тело. Забрав оружие, мы оттащили тело к аномалии. Нам всем не хотелось оставлять сержанта Антонова на съедение падальщикам, так что лучше пусть его тело будет уничтожено сразу. Это похоронами назвать трудно, но лучшего мы предложить не могли. Это случилось на так называемом Кордоне : это был самый краешек Зоны, как нам сказали военные. Тут ещё и мутантов -то нету толком, да и аномалии... Ах, да, аномалии! Это вообще чудо какое-то! - голос парня резко переменился. С довольно грустного и угрюмого, которым он рассказывал про смерть сержанта, голос стал радостным, весёлым, почти по-детски, - Мы увидели всего несколько типов, но даже они были невероятны! Это противоречит всем законам физики! Мы с коллегами пробовали найти объяснение, но никто не смог даже предложить теорию, которая хоть чуть-чуть объясняла бы, как такое могло образоваться на голом месте. Только представьте - посреди поля появилось цельная электрическая аномалия. Военные показали нам, как она работает: кинули болт в неё и произошла так называемая "разрядка" . Очень эффектно. Мы с коллегами записывали сие явление на видео, надеясь, что наши коллеги-физики из НИИ смогут нам объяснить всё подробнее. С военными мы смогли дойти до большой свалки, но наши счётчики Гейгера начали сигнализировать так активно, что мы попросили полковника уйти куда-нибудь дальше. Но слишком далеко не получилось: ночь застала нас посреди свалки. Мы решили на ночь остаться в старом ангаре. Там было несколько вагонов и много разрушенных балок. Мы заняли нишу и расположились там. Военные разделились на группы и отправились патрулировать местность, хотя мы с коллегами не видели в этом особенной необходимости. Но военным виднее. Следующим утром мы выдвинулись в НИИ Агропром. Там должна была быть наша первая серьёзная стоянка. То есть там мы должны были обосноваться где-то на неделю, чтобы переждать феномен, называемый Выбросом. Как нам объяснили военные, если на время выброса не укрыться где-нибудь в безопасном месте, то мы все погибнем. Так что вся наша команда весьма бодро выдвинулась в путь. По пути профессор Бартышев фотографировал оранжево-коричневые пейзажи Зоны, разрушенные постройки, брошенные поезда. Мы уже были не на краю Зоны, поэтому здесь всё ощущалось как будто бы лучше. Хотя, конечно, это просто самовнушение, не более того. Ощущения не могут так резко меняться. Путь до НИИ занял всё остальное время. Сам по себе основной комплекс института был не так далеко, но путь нам преградили аномалии, и военные очень долго пытались их обойти, из-за чего мы сделали большой крюк. Но, когда мы наконец достигли пункта назначения, то поразились. Это не шло ни в какое сравнение с тем, что мы видели раньше. До этого мы видели маленькие деревеньки, просто разрушенные дома, а тут целый комплекс с пристройками. Военные сначала обследовали основной комплекс, а лишь потом разрешили нам зайти в него. Мы с коллегами заняли третий этаж, так как там сохранилась старая аппаратура, рабочие места и всё остальное. Здесь мы собирались пробыть неделю, значит нам необходимо было место, которое бы стало нашей переносной базой. Военные, в общем, не возражали, но полковник сказал, что в случае чего выбираться со своего третьего мы будем сами. Военные поселились на первом, так как оттуда, как они сами сказали, открывался лучший вид, следственно первый этаж был лучшей огневой точкой. Но кто на нас здесь может напасть? По сравнению со всей остальной Зоной, которую мы видели, это место было подобно форту. Оно неприступно. Мы с коллегами приступаем к работе. Следующая запись будет через неделю. Доктор Егор Шуматов, Десятое Октября.

-С-сегодня... кажется, семнадцатое октября. По крайней мере, напоминание на КПК появилось сегодня, а я ставил е-его на неделю после п-последней записи, -ранее простой и лёгкий голос доктора Шуматова заметно подрагивал, - Да, т-точно. Семнадцатое... Прошла целая неделя! Значит, в Зоне мы уже десять дней. Всего десять дней... Погиб один из моих коллег, профессор Анохин. Он попал в аномалию, которую никто из нас не видел. Даже надёжные детекторы не сработали! А эти военные... даже после смерти Эдуарда они продолжали говорить нечто вроде "вот идиот, мы же говорили ему!" . Они же должны защищать нас! Если они видели опасность, они должны были остановить Анохина, а не просто кричать ему что-то. Как полковник смог допустить такую халатность? Когда мы вернёмся на родину, надо будет рапортовать о его понижении в звании. Человек, настолько легкомысленно относящийся к своим подопечным, не должен быть во главе даже небольшого отряда. Эдуард.... Ведь его можно было спасти! Чёртовы военные! - теперь голос Егора стал больше злым. В его душе кипела сейчас целая война: одной частью своего сознания он понимал, что Анохин должен был остановиться ,что он должен был послушать военных. Но вторая часть души не могла поверить, что его друг умер. А ведь именно военным была поручена обязанность довести всех учённых до Янтаря и там оберегать их. Но военные, проявив халатность, не остановили Анохина, а дали ему попасть в эту мясорубку! - Но и их ряды опустели. Убили двоих : сержанта Милосердова и сержанта Венкова. Обоих убили мутанты после Выброса. Пожалуй, стоит рассказать о Выбросе, - голос учёного стал тише, - это было ... нечто невероятное. Как только появились первые признаки, а именно резкое потемнение неба и лёгкие покачивания земли, военные приказали нам всем спуститься в небольшие подземелья, вход в которые был в тридцати метрах от основного комплекса. Они спустились туда за нами и закрыли люк, приказав даже не пробовать высовываться. Один из моей команды, профессор Григашкин, хотел было сделать замеры на поверхности, что было бы весьма нам необходимо, но его ударил полковник, приказав опуститься. Военные, - раздался недовольный смешок, - они ведь не понимают, сколько всего теряет наука из-за их грязной неотёсанности. Ведь если бы мы сделали нужные замеры, то смогли бы точно разработать защиту от этого типа аномального воздействия. Да и даже сейчас наша защита -самая современная в мире. Наверняка мы смогли бы пережить этот треклятый выброс на поверхности. В следующий раз надо будет самому дарить полковника и вылезти наверх. Ведь мы могли бы сделать великолепные фотографии, могли сделать необходимые записи. Но ничего. Как нам рассказали, выбросы происходят в Зоне с периодической регулярностью, так что , коли мы собираемся оставаться в ней продолжительное время, мы ещё сможем наблюдать и исследовать явление выброса. Как только отделаемся от этих назойливых учёных и обоснуем свою базу на Янтаре. После того, как мы вылезли из душного подземелья, военные приказали нам не делать ни шагу в сторону от того места, где мы стоим. Якобы аномалии поменяли свои места. Но получать никому из нас не хотелось, поэтому мы всё же выполнили приказ. Военные пометили места новых аномалий и проводили нас обратно в комплекс. А после этого случилось... Я не знаю, как это правильно описать. Но на наш НИИ напали. Мутанты. Их было много, и шли они все с севера, как будто хотели смести нас вместе с нашим мобильным лагерем. Военные успели сделать баррикады, так что внутрь комплекса не проникла ни одна тварь. Но Милосердов и Венков погибли. Их убили какие-то странные твари... Вроде, люди, но передвигались они на всех четырёх конечностях, да и противогазы были как-то задраны на их лицах. И вместо связной речи эти твари издавали странное рычание. И военные вновь показали своё варварство: вместо того, чтобы похоронить своих друзей и товарищей, они просто кинули тела в аномалию! Животные! - голос Егора наконец выровнялся и стал вновь почти таким же, как и раньше. -После выброса мы с коллегами собрали аппаратуру и выдвинулись дальше, будучи ещё под защитой военных. Следующей остановкой на нашем пути должен был стать сам Янтарь. До него мы дошли почти без происшествий, если не считать того, что один из моих коллег, доктор Эйхвальд, потерял рюкзак в аномалии. Благо, на этот раз военные успели оттолкнуть Василия до того, как он сам попал в эпицентр завихрения. На Янтаре мы разбили палаточный лагерь, который послужит нам защитой на первую неделю. Военные уговаривали нас занять позицию в небольшом тоннеле недалеко от базы, но мы им отказали. Ещё чего! Там мы не сможем сделать никаких замеров, не сможем вести наблюдения за Зоной. Хотя, конечно же, мы спрячемся на время выброса, благо, тут недалеко есть канализационный люк, ведущий в систему водостока. Там мы переждём выброс. На этом всё, мне пора возвращаться к опытам. Мы нашли артефакт. Ах, да, артефакт! Как я мог забыть? Артефакт странный, странно выглядит и излучает достаточно большое количество радиации. Но, по уверению одного из военных, когда он держал этот артефакт в руке, он смог пробежать куда большее расстояние, чем мог сделать это обычно. Странно, не так ли? Я заберу его с собой и представлю как часть своей научной работы. Я получу Нобелевскую Премию!
Доктор Егор Шуматов, Семнадцатое октября.

-Господи, да где этот хренов диктофон?! А, вот он! Я доктор Егор Шуматов. Это, наверное, моя последняя запись, я больше не могу тут быть! Мутанты прут со всех сторон! Даже несмотря на то, что военные уверяли нас в своей подготовке, половина из них уже убиты, а вторая половина еле-еле сдерживает натиск! Нас убьют тут! Чёрт, чёрт! Проклятые военные, они убили нас, это они виноваты! Они должны были взять технику, взять танки, пулемёты! Да что угодно, лишь бы сберечь нас! Нас осталось двое! Я и мой коллега доктор Кусков! Надеюсь, эту запись найдёт какой-нибудь учёный, какой-нибудь ... да даже сталкер, да кто угодно, лишь бы не эти псы военные! Пусть все узнают о том, что солдаты ни на что не годятся, что они просто пушечное мясо, неспособное сдержать натиск Зоны! Тупые животные! Они должны были слушать нас! Должны были... - Далее последовал глухой звук удара, а на плёнке было слышно лишь канонаду выстрелов.

-Я... я жив. Я, доктор Егор... хотя какой я, к чертям, теперь доктор? Меня зовут Егор Шуматов, мне двадцать девять лет. Я и моя команда пришли в Зону, чтобы сделать невероятные открытия, которые позволили бы человечеству продвинуться далеко вперёд, сделать шаг к дальнейшему развитию. Но сейчас остался я один. Нет.... нет, не так. Я не один. Вокруг Зона. Зона. Она везде. У меня помутнение рассудка. Зона... она захватывает меня. Я перестал ощущать время, я перестал понимать, что думаю я, что думает она. Я не могу понять, где я нахожусь. У меня с собой автомат одного из погибших военных, пистолет, запас еды на четыре дня. В данный момент я нахожусь в каком-то недостроенном здании. Я прячусь в подвале, потому что вылезти я не могу. Наверху - только смерть, ничего больше. Там мутанты, злобные, как адские гончие. Через четыре дня, если меня не найдут, я совершу суицид. Для этого я и взял пистолет: я выстрелю себе в голову, если меня не найду т за это время. Я не хочу медленно умирать от голода и жажды. Я не хочу, чтобы меня потихоньку сжирали твари Зоны. Зона! Чертова Зона! Всё из-за неё! Она пожрала всех остальных, сейчас хочет пожрать меня! Тварь! Как будто ей мало её противных детишек-мутантов, нет, она хочет свежей, человеческой крови! В нашей группе было двадцать четыре человека, двадцать четыре! У этой треклятой Зоны уже во рту кровь двадцати трёх, меня ещё сожрать хочет, сука?! Чтоб ты подавилась! Я ненавижу это место, я ненавижу всё, что с ним связано, я ненавижу НИИ , который не смог обеспечить защиту такого высокопоставленного персонала должным уровнем, я ненавижу своих коллег, настолько безответственных, что их поубивали! Я ненавижу военных, это слабое неспособное воевать дерьмо, способное лишь строить из себя не пойми что и делать вид, что они нас защищают! Я ненавижу мутантов, тупых, уродливых созданий, желающих лишь жрать! Ненавижу аномалии, которые могут убить тебя таким способом, который ты даже не знаешь! Ненавижу артефакты, оружие, этот хренов подвал! Всё ненавижу! Всех ненавижу! Если я и сдохну тут, то моя кровь будет на руках всех этих существ, всех военных и всех учёных, всех! Они все будут виноваты в том, что я погиб!

-Эй, тут кто-то есть! Тащи его! - раздался громкий и грубый мужской голос, потом послышался звук, как будто поднимают тяжёлый мешок. Запись на этом обрывается.